Башкирская генерирующая компания кому принадлежит

Об организации

ООО «БГК» образована в 2006 году для вида деятельности — Производство электроэнергии тепловыми электростанциями, в том числе деятельность по обеспечению работоспособности электростанций. Компания работает 16 лет на данном рынке. Руководителем является: Лариошкин Виктор Анатольевич (ИНН 246503945145). Реквизиты организации ИНН 0277077282, ОГРН 1060277052098. читать далее…

ОКПО 97945701, зарегистрировано 28.07.2006 находится по адресу 450059, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Рихарда Зорге, д. 3. Статус: Действующее с 28.07.2006.
Компания работает 16 лет и 7 месяцев, с 28 июля 2006 по настоящее время. Основной вид деятельности ООО «БГК» — Производство электроэнергии тепловыми электростанциями, в том числе деятельность по обеспечению работоспособности электростанций.
Состоит на учете в налоговом органе Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Башкортостан с 17 января 2018 г., присвоен КПП 027801001. Регистрационный номер ПФР 002878125247, ФСС 027700631802121.
Телефон, адрес электронной почты, адрес официального сайта и другие доступные контактные данные ООО «БГК» могут быть добавлены / изменены официальным представителем организации.

О сделке будет объявлено в апреле

Утверждение, что в одну реку нельзя войти дважды, готовится опровергнуть ТАИФ. Два года назад он расстался со своими главными активами в рамках консолидации с СИБУРом – нефтехимическими компаниями и генерирующей ТГК-16. Сейчас ТАИФ вновь входит в сделку с холдингом, чтобы вернуть энергокомпанию, которую сам же и создал в 2010 году. О том, что подобная рокировка вот-вот станет реальностью, «Татар-информ» узнал от нескольких источников.

По их данным, СИБУР проводил некий конкурс среди нескольких претендентов, в числе которых были в том числе федеральные гиганты – «Интер РАО», «Газпром-энергохолдинг» и «Т Плюс». Но в итоге продать энергокомпанию было решено ТАИФу, что, очевидно, можно рассматривать в качестве жеста доброй воли в адрес властей Татарстана. СИБУР, возможно, был не против реализовать компанию на чисто коммерческих условиях, но с такими активами без учета политических реалий в конкретном регионе присутствия не обойтись. По данным наших источников, о сделке будет объявлено в апреле.

«Информация о выходе на сделку не соответствует действительности. Переговоры с потенциальными покупателями актива продолжаются», — сообщил «Татар-информу» представитель СИБУРа. В ТАИФе на запрос агентства не ответили.

О том, что СИБУР изучает варианты продажи ТГК-16, которую он консолидировал в 2021 году вместе с «Казаньоргсинтезом» и «Нижнекамскнефтехимом» (НКНХ) и другими активами ТАИФа, представитель компании сообщил «Татар-информу» в ноябре 2022 года. В СИБУРе такое решение объясняли тем, что основные приоритеты для холдинга, предприятия которого рассредоточены в двух десятках регионах России, – эффективное развитие нефтегазохимического бизнеса и обеспечение отечественного рынка синтетическими материалами. Локальная энергокомпания в этом контексте, конечно, была важна для «обеспечения основных производств», «но в широком смысле профильной деятельностью не является». Тем более что в других регионах у СИБУРа подобных активов никогда не было.

С учетом высокой степени интеграции ТГК-16 в бизнес-активы в Татарстане СИБУР сразу заявлял, что наиболее желательный вариант развития событий – это передача «части энергетической инфраструктуры профильному инвестору с понятным опытом успешного взаимодействия с СИБУРом для дальнейшего развития ТГК-16 как субъекта оптового рынка электроэнергии и мощности».

«Мы понимаем, что ТГК-16 сегодня – это качественная материальная база, центр отраслевой экспертизы и постоянная команда с уже выстроенными процессами. В совокупности это делает предприятие очень ценным и привлекательным активом для инвесторов», – отмечали также в СИБУРе. Явно намекая на то, что готовы расстаться с ТГК-16 при условии определения «справедливой стоимости» столь лакомого кусочка.

ТАИФ успел модернизировать казанскую ТЭЦ, нижнекамская продолжает работать на советском наследстве

Что же такое ТГК-16? Эта энергокомпания была создана в 2010 году в составе ТАИФа – после того, как холдинг под руководством тогда еще Альберта Шигабутдинова выкупил за 6,6 млрд рублей у «Татэнерго» Казанскую ТЭЦ-3 и Нижнекамскую ТЭЦ (в части промышленно-территориального комплекса №1, или ПТК-1). Таким образом в те годы Правительство Татарстана решало проблему с финансированием инвестпрограммы республиканской энергокомпании: ТЭЦ из ее состава, технологически связанные с крупнейшими потребителями, были проданы им же. В том числе и «Татнефти», которая в 2010 году за 2 млрд рублей выкупила Нижнекамскую ТЭЦ в части ПТК-2, которая была необходима для комплекса ТАНЕКО.

В итоге с начала 2010-х в энергетике республики, никогда не входившей в периметр РАО «ЕЭС России» и остававшейся независимой, была выстроена уникальная для страны внутренняя конкуренция генерирующих активов – их поделили между двумя столпами республиканской экономики, а также подконтрольной Правительству РТ «Татэнерго».

Теплоэлектроцентрали, доставшиеся ТАИФу, исторически были построены для обслуживания гигантов нефтехимии Татарстана – «Казаньоргсинтеза» и «Нижнекамскнефтехима», ключевых производственных активов группы, в 2021 году перешедших под крыло СИБУРа. Нижнекамская ТЭЦ-1 заработала в 1967 году, Казанская ТЭЦ-3 – годом позже (но строительство второй очереди на ней завершилось в 1982 году).

ТАИФ по факту успел серьезно трансформировать только казанскую станцию. Сегодня ее тепловая мощность составляет 2390 Гкал/час, что намного больше, чем у двух других городских ТЭЦ, принадлежащих «Татэнерго» (суммарно у ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2 – 1419 Гкал/час, но это без учета котельных, на них приходится еще 1100 Гкал/час). Электрическая мощность у ТЭЦ-3 также больше, чем у станций конкурента, – 789,6 МВт. Но при этом 405,6 МВт из них приходится на введенный в эксплуатацию 17 июня 2017 года энергоблок, построенный на базе крупнейшей в России газовой турбины 9HA.01 производства General Electric и котла-утилизатора бельгийского производства (с производительностью 455 Гкал/час). То есть фактически на новую электростанцию в структуре «старой».

Эта газотурбинная установка (ГТУ) технически уникальна и имеет даже имя – Alberta (видимо, в честь главы ТАИФа). С момента запуска она практически всегда работает на полную мощность. Проект, кстати, был реализован на собственные средства ТАИФа, а не в рамках традиционных для энергетики ДПМ, как все проекты строительства парогазовых установок, ПГУ на ТЭЦ «Татэнерго». При этом паротурбинная часть на ТЭЦ-3 осталась «советской»: семь паровых котлов таганрогского «Красного котельщика» и связанные с ними шесть турбин разной мощности и спецификации производства Уральского турбинного завода были запущены в работу с 1971 по 1983 год.

Тепловая мощность Нижнекамской ТЭЦ (ПТК-1) составляет 3746 Гкал/час, электрическая – 880 МВт. Здесь ТАИФ не строил ПГУ, так что самая крупная промышленно-отопительная ТЭЦ в Татарстане продолжает эксплуатировать советское наследство. Это 16 паровых котлов и 8 паровых турбин тех же производителей и примерно тех же годов выпуска, что и на Казанской ТЭЦ-3. И еще двух самых «старых» турбин ПТ-60 Ленинградского металлического завода (1967 и 1969 годов выпуска). Модернизация должна «дойти» до этой станции только в ближайшую пятилетку, но мощность у нее останется практически неизменной.

СИБУР строит собственные ПГУ

ТГК-16, как и «Татэнерго», и Нижнекамская ТЭЦ «Татнефти», являются субъектами оптового рынка электроэнергии и мощности (ОРЭМ), где продают промышленным потребителям оба этих товара. Выработка электрической энергии по итогам 2022 года у ТГК-16 осталась на уровне предыдущего года, то есть чуть более 9 млрд кВт⋅ч. Но для двух комбинатов в Казани и в Нижнекамске связанные с ними ТЭЦ были и остаются важны, прежде всего, в качестве поставщиков промышленного пара, необходимого в технологических процессах. Именно по этой причине энергокомпания на двух своих ТЭЦ под крылом что ТАИФа, что СИБУРа вырабатывала больше тепловой энергии, чем «Татэнерго» на всех своих четырех станциях и котельных (18,9 против 11,3 млн Гкал по итогам 2021 года, например). Но у ТЭЦ «Татэнерго» крупных потребителей пара давно уже не осталось, они обеспечивают теплоснабжение преимущественно населения.

А вот электроэнергию и мощность комбинаты, несмотря на все и технические, и юридические связи с ТГК-16, покупали на том же ОРЭМ. По данным «Системного оператора», эти предприятия занимали в 2021 году второе и четвертое места в топ-5 крупнейших потребителей Татарстана (впереди них – только «Татнефть» и КАМАЗ соответственно). Максимум потребления мощности у «Нижнекамскнефтехима» тогда составлял 424 МВт, а у «Казаньоргсинтеза» – 222 МВт. Учитывая то, что на потребителей энергорынка за последние годы было «навешано» множество всевозможных нерыночных надбавок – от поддержки строительства мусоросжигательных заводов до выравнивания тарифов на Дальнем Востоке, – крупные предприятия давно стали делать ставку на развитие собственной генерации.

Пошел по этому пути и ТАИФ: еще в 2019 году «Казаньоргсинтез» и «Нижнекамскнефтехим» заключили контракты с немецкой Siemens на общую сумму 290 млн евро на строительство двух ПГУ прямо на комбинатах. Alberta решала другие задачи, так как находилась в системе ОРЭМ.

Лемаевская ПГУ мощностью 495 МВт в составе НКНХ заработала летом прошлого года. Лушниковская ПГУ на 311 МВт (с турбиной на 250 МВт) на «Казаньоргсинтезе» должна, как заявлял в интервью «Татар-информу» председатель правления «Системного оператора» Федор Опадчий, заработать в конце этого года или в следующем году. Правда, как стало известно лишь в конце февраля, еще в июле 2022 года Siemens уведомила СИБУР, что отказывается от исполнения обязательств ввиду санкций, введенных ЕС. И с тех пор все работы на объекте были остановлены. Впрочем, оборудование для двух своих ПГУ-ТЭС в Татарстан успели поставить еще до введения всяких санкций. Проблема, очевидно, возникла на этапе пусконаладки.

Как бы то ни было, переход на собственную генерацию, уже свершившийся на самом мощном предприятии СИБУРа в Татарстане, в перспективе «закроет» для холдинга потребность в закупках электроэнергии «с рынка», хотя схема подключения новых станций оставляет возможность внешнего питания, это необходимо для повышения надежности. Тем более что Лемаевскую ПГУ-ТЭС на ОРЭМ выводить уже точно не будут, она останется работать на розничном рынке, сбывая комбинату все фактически по себестоимости. С Лушниковской ПГУ-ТЭС на «Казаньоргсинтезе», очевидно, СИБУР пойдет проторенной дорожкой.

Как объяснял в интервью «Татар-информу» генеральный директор «Татэнерго» Раузил Хазиев, у комбинатов СИБУРа в Татарстане очень большое потребление энергии в виде электрической энергии и промышленного пара. «Для того чтобы закрыть первый вопрос, холдингу будет выгоднее использовать собственные ПГУ-ТЭС, тем более что генерирующие установки на них будут работать еще и на отработанных газах с основного производства. Законодательство это позволяет. А большие электростанции, которые находятся за периметром производственных территорий, в этой логике становятся просто не нужными. А вот что касается второго ресурса, то я уверен, что сейчас СИБУР будет искать, кто сможет им стабильно поставлять пар», – отмечал он.

Почему ТАИФ?

Пытаясь предсказать, кто мог бы стать новым партнером СИБУРа, «Татар-информ» еще в прошлом году называл практически невероятным «заход» через такую сделку в энергетику Татарстана энергокомпании федерального уровня. Причина – в специфике ТГК-16, эффективность двух ТЭЦ которой сильно зависит от связей с главным промышленным потребителем пара. «Выработка пара никак не регулируется (в отличие от тепловой энергии в горячей воде), это в любом случае коммерческая история, в любом случае надо будет договариваться… Кто бы ни купил ТГК-16, он останется партнером СИБУРа», – говорил «Татар-информу» глава «Татэнерго».

Для гигантов вроде «Интер РАО», «Т Плюс» и тем более «Газпром энергохолдинга» столь кэптивная энергокомпания выглядела слишком мелкой игрушкой. «Интер РАО» – оператор экспорта-импорта электроэнергии, занимает третье место в стране как по установленной мощности, так и по выработке электроэнергии (впереди только такие гиганты, как «Русгидро» и «Росатом»). Но костяк активов этого холдинга – это ГРЭС, конденсационные, а не теплофикационные электростанции. То есть «Интер РАО» в большей степени ориентировано именно на ОРЭМ, а не на специфические локальные рынки тепла. Хотя этому холдингу и принадлежит Башкирская генерирующая компания (то есть в соседней республике место «Татэнерго» давно занято игроком федерального уровня), ее основной актив и там – это не городские ТЭЦ, а Кармановская ГРЭС, по мощности немного уступающая Заинской.

Другой гигант – «Т Плюс», единственный из всех, кто заявлял, что «смотрит в эту сторону», сегодня имеет филиалы во всех окружающих Татарстан регионах (кроме Башкирии). И управляет в основном именно ТЭЦ, являясь крупнейшим частным производителем тепла в России. Эта компания активно реализует в городах присутствия программы модернизации в рамках модели «альтернативной котельной», являясь самым активным амбассадором ценовых зон теплоснабжения в стране. Но, опять же, ТГК-16, хоть и вырабатывает много тепла, теплоснабжением Казани и Нижнекамска сама не занимается, перепродавая гигакалории той же «Татэнерго». В структуре «Т Плюс» этот актив выглядел бы белой вороной.

На самом деле, при любом варианте с заходом в Татарстан внешнего игрока, особенно крупного, это стало бы первым шагом к поглощению всей основной генерации республики. Федеральный игрок зашел бы в Татарстан с явным прицелом выкупить в итоге все и сразу – вместе с «Татэнерго». А не играться во внутриреспубликанскую конкуренцию, да еще и в прямой зависимости от СИБУРа.

А вот расклад, когда у ТГК-16 остается свой понятный собственник, эти риски снимает. И в этой логике самым правильным стало бы возвращение активов в «Татэнерго». Либо формирование новой конфигурации, в которой Казанская ТЭЦ-3 ушла бы под крыло Хазиева, что помогло бы ликвидировать обостряющиеся в последние годы споры между двумя компаниями по поводу тепловой энергии. И консолидировать всю когенерацию столицы Татарстана под крылом одного и, что еще важнее, профильного собственника. А Нижнекамскую ТЭЦ (в части ПТК-1) можно было бы продать той же «Татнефти», возложив на нефтяного гиганта теплоснабжение всего Нижнекамского энергоузла целиком. Это, кстати, позволило бы сохранить в генерации Татарстана и ту самую внутреннюю конкуренцию.

«Татнефть», впрочем, интереса к сделке не проявляла. А Раузил Хазиев открыто заявлял «Татар-информу», что «Татэнерго» может и имеет желание, но покупать ТГК-16 не собирается. «Мы не готовы сегодня купить эти составы оборудования, нет таких возможностей. И переговоров об этом не ведем. Мы с такой инициативой на СИБУР точно не выходили», – отметил он. Глава «Татэнерго» объяснил это так: «нам сегодня не до этого, мы занимаемся модернизацией своих электростанций и в другие активы не лезем и не собираемся».

Очевидно, если бы Правительство Татарстана настояло, то «Татэнерго» нашло бы возможности для сделки с СИБУРом – прежде всего, финансовые. И если бы не заморозка проекта модернизации Заинской ГРЭС, проблемы с продлением срока эксплуатации «старых» энергоблоков на этой станции, такое развитие событий могло стать реальным. Но в республике, видимо, решили не нагружать главную энергокомпанию Татарстана непосильными для нее долгами. А «попросить» тех, у кого деньги есть. Причем после сделки с тем же СИБУРом!

Возвращение ТГК-16 под крыло ТАИФа выглядит гениальным решением со всех сторон. В генерации сохраняется все та же конкуренция. Не перегружаются бюджеты – ни республики, ни «Татэнерго». Добавляется реальной работы и самому ТАИФу, который, став миноритарием в СИБУРе, сильно «сжался» в плане влияния на республиканскую экономику. А ведь когда-то это была ее «вторая нога», равнозначная «Татнефти». Да и ТАИФ можно отнести к компаниям с «понятным опытом успешного взаимодействия с СИБУРом». Более того, он еще и миноритарный акционер федерального нефтехимического гиганта.

К тому же новому старому собственнику не надо будет долго входить в курс дел: актив-то известен как свои пять пальцев. Да и менеджмент во главе с Эдуардом Галеевым, назначенным на пост гендиректора ТГК еще в 2016 году, СИБУР не менял.

Правда, задачи, мягко говоря, немного обновились. Во-первых, это сохранение ресурса у главной «рабочей лошадки» – Alberta на Казанской ТЭЦ-3. Как отмечал в декабре «Татар-информу» Эдуард Галеев, действующие сервисные контракты в прошлом году исполнялись стабильно, «и на 2023 годы они подтвердили нам, что поставят, что необходимо». «Вопросы по сервису, ремонтам были всегда, но все они решаются, и мы не сомневаемся что сможем нормально эксплуатировать в дальнейшем эту машину», – добавлял Галеев. Тем не менее риски остаются. И нивелировать их так или иначе придется всем, и «Татэнерго» на своих ПГУ, построенных на турбинах той же General Electric, тоже.

Во-вторых, другой ставший проблемным момент – обновление генерирующего оборудования: у ТГК-16 самый большой пул проектов, прошедших отборы в рамках федеральной программы модернизации «старых» ТЭС, то есть претендующих на выплаты по ДПМ. К 2025-2027 годам компания должна реконструировать пять энергоблоков на Нижнекамской ТЭЦ и один – на Казанской ТЭЦ-3. Но бюджет этих строек, по оценкам Галеева, в связи событиями прошлого года вырастет на 20-30%. Ранее компании даже пришлось отменять ряд закупок. Из-за чего ТГК-16, возможно, придется сдвигать сроки ввода некоторого оборудования – такую возможность генераторам к тому же ранее гарантировало Минэнерго РФ.

Читайте также:

«Непрофильный актив: СИБУР задумался о продаже энергокомпании ТГК-16, доставшейся от ТАИФа»

«Новый проект для ЗайГРЭС и продажа ТГК-16: что ждет энергетику Татарстана в 2023 году»